75488
Парадоксально, но факт: мы скорее поверим в нечто невероятное, чем признаем очевидное (с)


1. ТЕЗИСЫ ПО ПРИЗНАКУ РАЦИОНАЛЬНОСТИ - ИРРАЦИОНАЛЬНОСТИ (В. И Стратиевская, "СХЕМЫ И ТЕЗИСЫ ПО ПРИЗНАКАМ РЕЙНИНА" (с) 2010)

РАЦИОНАЛЬНОСТЬ И ИРРАЦИОНАЛЬНОСТЬ КАК СООТНОШЕНИЕ ЗАКОНОМЕРНОГО И СЛУЧАЙНОГО

Исследуя область РАЦИОНАЛЬНОГО и ИРРАЦИОНАЛЬНОГО с точки зрения АНАЛИТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ, К.Г.Юнг представляет случайность как "непросчитанную закономерность". С позиций соционики как теории информационного метаболизма это соотношение может быть представлено следующей формулировкой:
СЛУЧАЙНОСТЬ – ЭТО ЗАКОНОМЕРНОСТЬ, ПРОСЧИТАННАЯ НА БОЛЕЕ ВЫСОКОМ УРОВНЕ ОРГАНИЗАЦИИ ИНФОРМАЦИОННОГО ПОТОКА.

Отбрасывая промежуточные уровни этой иерархии, выделяем два уровня организации информационного потока, – ВЫСШИЙ и НИЗШИЙ:
НИЗШИЙ уровень организации информационного потока – минимум просчитанного, максимум случайного (минимальное количество знаний и закономерностей создаёт предпосылки для максимальной зависимости от случайностей), – уровень максимализации ИРРАЦИОНАЛЬНОГО и минимизации РАЦИОНАЛЬНОГО.
И ВЫСШИЙ уровень организации информационного потока – максимум просчитанного, минимум случайного (с максимальным количеством знаний и минимальной зависимостью от случайностей), – уровень максимализации РАЦИОНАЛЬНОГО и минимизации всего ИРРАЦИОНАЛЬНОГО.

ВЫСШИЙ, максимально РАЦИОНАЛЬНЫЙ уровень организации информационного потока, минимизируя случайности и максимализируя возможности, становится уровнем идеального глобального планирования и программирования, поскольку все случайности здесь оказываются частью известных закономерностей и предусматриваются как закономерно просчитанные и заранее спланированные. А значит могут стать инструментом планирования, программирования и построения цепочек причинно-следственных связей, создаваемых заблаговременно, в соответствии с глобальными планами и заданными целями.
На ВЫСШЕМ уровне организации информационного потока РАЦИОНАЛЬНЫЙ максимум подчиняет себе ИРРАЦИОНАЛЬНЫЙ минимум (какие бы глобальные размеры и формы он ни принимал) и использует его в инструментальных, манипулятивных и созидательных целях.

На НИЗШЕМ уровне организации информационного потока, – на уровне максимальной зависимости от случайностей, – РАЦИОНАЛЬНЫЙ минимум подчиняет себе ИРРАЦИОНАЛЬНЫЙ максимум, – опускает ниже своего уровня, создавая сколь угодно простую и примитивную (пусть даже на уровне витальных страхов и ощущений) систему запретов и ограничений и сохраняет соотношение соподчинения, при котором РАЦИОНАЛЬНОЕ как система накопленных знаний и опыта (пусть даже минимального) становится ориентиром (рациональной «точкой отсчёта») и подчиняет себе всё случайное, стихийное и непросчитанное, чем рационально организует и структурирует («форматирует») это информационное поле, расширяя его для накопления будущей информации и создавая предпосылки для будущего его интеллектуального развития и роста.

Даже находясь на приоритетных позициях и в "подавляющем большинстве", ИРРАЦИОНАЛЬНОЕ всё равно будет подчинено РАЦИОНАЛЬНОМУ, потому что (по закону экологического оптимума, отсекающего всё лишнее) каждое информационное поле нуждается в рациональном "форматировании" – в упорядочении и структурировании информационного потока на каждом уровне его организации.
Ссылка:
socionika-forever.blogspot.ca/2010/09/blog-post...
__________________________________________________________________________________


Чем меньше мы осведомлены о более высоком уровне организации информационного потока, чем меньше мы знаем о том, кто, куда и зачем на ведёт (продвигает, выдвигает, проводит, или наоборот, – вытесняет, оттесняет, уводит), – тем большее значение мы придаём тому или иному явлению как случайности.

НЕИСПОВЕДИМЫ ПУТИ ПЕРЕДАЧИ ИНФОРМАЦИИ. Точнее, – неисповедимы они только на нижнем уровне. А на более высоком уровне посредством этих случайностей выстраивается цепочка причинно-следственных связей, необходимых для передачи (проведения) информации с определённой, заранее заданной целью.

Эту мысль очень хорошо иллюстрирует песня, текст которой (синхронный подстрочный перевод с иврита) я привожу ниже.
В оригинале песню поёт изумительная израильская певица, Хава Альберштайн. Музыку написал Мати Каспи. Стихи – Йорам Тхарлев.
Песню можно послушать на этой страничке:
muzofon.com/search/Chava_Alberstein/0/
(57-я сверху: Chava Alberstein «Ballad Of The Horse»)
Или здесь:
smoz.ru/mp3/?q=spo&page=4
(10-я сверху).
Или здесь:
www.mp3ppc.com/mp3/Chava_Alberstein/1
(31-я сверху).
Называется песня «Баллада о лошади», но по форме и содержанию она похожа хасидскую притчу. А ещё её можно назвать: «Песня об информационных метаболитах и о причинно-следственных связях, построенных на разных уровнях организации информационного потока»

Вот текст:

«БАЛЛАДА О ЛОШАДИ»

«Смотри, ведут на ярмарку красивого коня!
Беги за ним, купи его скорее для меня!
С пятном на лбу и на спине, конь белый, словно снег,
И серебром сияет волос в гриве и в хвосте.»

Так барин Мошке-конюху сердито приказал
И, выдав ему сто рублей, велел спешить!..

Проходит Мошке вдоль рядов, по ярмарке идёт,
Вдруг видит, паренёк стоит и лошадь продаёт, –
С пятном на лбу и на спине, конь белый, словно снег,
И серебром сияет волос в гриве и в хвосте.
А парень так задумчиво стоит, глаза прикрыв,
И тихо, словно для себя, поёт такой мотив:

Ай-яй-яй-яй... Ай-яй-яй-яй...

«Сделай милость, помоги запомнить твой мотив!»
Его просит Мошке, про коня совсем забыв.
«Заплати сначала, прежде чем спою.
Я за пятьдесят рублей напев свой продаю».
Мошке кошелёк достал и деньги заплатил.
И тут же вместе с парнем эту песню заучил.

Ай-яй-яй-яй... Ай-яй-яй-яй...

А чуть кончился напев, и Мошке, как прозрел:
«Эй, сколько стоит жеребец тот, что я присмотрел?
С пятном на лбу и на спине, конь белый, словно снег,
И серебром сияет волос в гриве и в хвосте.»
«Сто рублей!» – был дан ответ, а Мошке будто рад:
«Ну, пятьдесят я заплатил, возьми вот пятьдесят...»

«Нет, нет, нет, нет! – смеётся парень, – этак не шути!
Ты пятьдесят за песню дал, за лошадь сто плати.
Товар идёт раздельно, меня ты не морочь!»
Взял Мошке свои деньги и пошёл оттуда прочь.
Среди прилавков и рядов понуро он бредёт,
И тихо, только для себя, ту песенку поёт:

Ай-яй-яй-яй... Ай-яй-яй-яй...

Отчаявшись найти коня, Мошке домой идёт,
Вдруг видит: мужичок стоит и лошадь продаёт,
С пятном на лбу и на спине, конь белый, словно снег,
И серебром сияет волос в гриве и в хвосте.
Мужик поёт другой напев, в нём Мошке различил
Продолжение песни той, что прежде он учил:

Ай-яй-яй-яй... Ай-яй-яй-яй...

«Сделай милость, разучи со мною твой мотив!»
Его просит Мошке, про коня опять забыв.
«Заплати сначала, прежде чем спою.
Я за пятьдесят рублей напев свой продаю».
Мошке вынул кошелёк, деньги заплатил,
И тут же вместе с мужиком ту песню разучил.
А чуть кончился напев, и Мошке, как прозрел:
«Эй, а сколько стоит конь тот, что я присмотрел?».
«Сто рублей!» – был дан ответ, а Мошке будто рад:
«Вот сапоги мои возьми, прибавь те пятьдесят...»
«Так не пойдёт, – сказал мужик, – со мною не шути,
Конь стоит сто, за пятьдесят ты приобрёл мотив.».

Вернулся Мошке к барину без денег, без коня,
И был жестко им избит в конце того же дня.
С пятном на лбу и на спине он изгнан со двора,
А с ним лишились крова и жена, и детвора.
В скитаниях им много бед пришлось перетерпеть,
Но никогда, нигде они не прекращали петь:

Ай-яй-яй-яй... Ай-яй-яй-яй...

Однажды, много лет спустя, пути их привели
В местечко, где жил мудрый и прославленный раввин.
Он проводы субботы справлял в кругу друзей,
Когда к нему в дом привели непрошеных гостей.
Раввин спросил их строго: «Вы кто? Живёте где?».
Но вместо слов у них вдруг разом вырвался напев:

Ай-яй-яй-яй... Ай-яй-яй-яй...

Расхохотались все вокруг, приняв их за шутов,
Но рабби мигом приструнил своих учеников.
Ударил кулаком об стол он, гневно их спросив:
«Вы что, уже оглохли все?!.. Не слышали мотив?!..
Ведь эту песню сотни лет мы с нетерпением ждём!
В тот день, когда придёт МЕССИЯ, мы её споём!..»

Ай-яй-яй-яй... Ай-яй-яй-яй...»
_______________________________________

ПРИМЕЧАНИЕ:

Вот так, — оказалось достаточно одного точного замечания мудрого и знающего человека, чтобы весь этот, на первый взгляд, хаотичный, ИРРАЦИОНАЛЬНО воспринимаемый, причинно-следственный ряд выстроился в систему — РАЦИОНАЛЬНУЮ, объясняющую заданную свыше цель. После чего всем сразу стало ясно, зачем, как и почему складывались именно такие обстоятельства, сформировавшие именно эту причинно-следственную связь:
* если бы барин не увидел великолепного коня, он бы не послал Мошке на ярмарку;
*если бы Мошке не услышал песню и не захотел её купить, забыв обо всём, он бы вернулся домой с конём, и всё бы осталось по прежнему;
* если бы песня не была такой, что он забыл о коне, он бы не захотел её разучить во что бы то ни стало;
* если бы за песню не запрашивали половину выданной ему суммы (а продавцы откуда-то знали, сколько у него было денег), у него бы ещё был шанс купить коня, найдя незначительную сумму где-нибудь по близости.
И так далее...
Все обстоятельства этих причинно-следственных связей складывались таким образом, чтобы в результате Мошке принёс ценную информацию (которая на протяжении многих лет казалась никому не нужной) по нужному адресу, где она и была встречена с восторгом, как самая долгожданная и востребованная, а Мошке и его семья оказались самыми важными и дорогими гостями — провозвестниками самого счастливого события, — пришествия МЕССИИ, поскольку принесли мелодию, которой будут встречать Посланника Небес.

По поводу "непонятных", на первый взгляд, "хаотичных" причинно-следственных связей, имеющих счастливую развязку, и "неблагоприятных обстоятельств", их формирующих, скажу следующее: у меня таких событий и "цепочек", вынуждающих резко менять судьбу, — отказываясь от достигнутого, куда-то переезжать, менять профессию, менять круг общения, начинать всё с нуля по другой профессии и в другом месте — было очень и очень много. Сейчас я об этом не жалею, потому что знаю, для чего и почему всё это складывалось именно таким образом.

В заключение, в качестве примера скажу, что эту песню, — "Балладу про коня", — я услышала ещё в конце 70-х, — задолго до того, как стала интересоваться соционикой. Сама тогда же перевела её на русский, потому что она мне очень понравилась. И только сейчас, спустя тридцать с лишним лет, мне "случайно" представилась реальная возможность проиллюстрировать с её помощью одну из интереснейших гипотез в соционике, — идею об иерархической, многоуровневой организации информационных потоков, формирующих локальные и глобальные причинно-следственные связи в процессе информационного метаболизма.